Я стояла перед большим зеркалом в спальне и чувствовала себя полной идиоткой.

На мне было черное кожаное платье-корсет с глубоким декольте, которое едва-едва удерживало грудь. По бокам и на спине – переплетения тонких кожаных ремешков, а на плечах и по линии декольте – черные перья.

Маска в стиле венецианского карнавала, черная, с золотыми прожилками, закрывала верхнюю половину лица. Я выглядела… дорого. И очень, очень развратно.

– Ладно, признавайся, – сказала своему отражению, – ты точно сошла с ума.

Из-за спины вынырнула моя лучшая подруга и вечный источник всех моих бед – Кира. Высокая, стройная, с короткой платиновой стрижкой и вечной искрой безумия в глазах. Она была в своем привычном стиле: кожаный комбинезон, который сидел на ней как вторая кожа, и маска-лисица.

– Вика, ты выглядишь охуенно, – заявила она, поправляя перо у меня на плече. – Серьезно. Твоя грудь в этом корсете – это просто преступление против человечества. Мужики будут падать и сами укладываться у твоих ног штабелями.

– Кира, я вешу 108 килограмм, – напомнила, глядя на свое отражение. – И мне 36 лет. Я не должна выглядеть как женщина, которую можно привязать к креслу и…

– …и трахнуть так, что ты забудешь, как тебя зовут? – закончила она за меня с довольной улыбкой. – Именно поэтому ты и должна туда пойти.

Я тяжело вздохнула.

Кира была моей подругой уже четырнадцать лет. Именно она в самые тяжелые моменты моей жизни тащила меня за волосы из депрессии.

Именно она помогла мне отстоять бизнес, когда бывший муж попытался отсудить половину салонов. Именно она сидела со мной ночами, когда я рыдала после того, как узнала, что мой «идеальный» муж уже два года имел ребенка на стороне от молодой любовницы, пока клялся мне в вечной любви и обещал «наконец-то завести нашего малыша».

Он обещал детей. А сам уже имел дочь. От другой. Но я не стала жертвой, я выиграла суд. Оставила бизнес за собой. Но потеряла веру в мужчин. Полностью.

И вот теперь Кира решила, что лучший способ «вернуть меня к жизни» – это закрытая BDSM-вечеринка.