Мельхиора

– Из любой ситуации есть как минимум три выхода, – философски изрёк домовой, аккурат после тяжелого трудового дня.

Моего трудового дня.

Пятеро маленьких да удаленьких бездельников продолжали изображать бурную, но совершенно бесполезную деятельность. Охотно чесали языками и время от времени лениво перемещались по комнате. Главное – под ногами не путались.

– Вперёд-назад? – сказав так, Лизун заинтригованно вытащил большой слюнявый язык и выжидательно уставился на домового. Его шарообразное склизкое тельце задрожало, как желейная башенка под действием ветерка.

– Выход и вход, – поумничала кикимора, с хитрецой посматривая в мою сторону.

Я с улыбкой протирала столы и пока не вмешивалась в их «миленькое» общение, которое обычно могло перерасти в самое настоящее поле для сражения. А мне за ними потом ещё убирать: лужи на полу вытирать, рушники штопать и мебель чинить.

– А третий тогда какой? – уточнил у него банник, лениво переворачиваясь с боку на бок. Заняв выгодную позицию у мусорного ведра возле печки, он был сейчас, можно сказать, во всеоружии, если вдруг начнётся очередная свара.

Покраснев от важности, домовой раскрыл было рот, чтобы сказануть наверняка очередную пошлую шуточку, но я его перебила.

– А третий придётся искать. И прямо сейчас! – Грозно приподняла брови и подбоченилась. – Ну-ка, живо по местам и спать, а то заставлю убираться до поздней ночи.

– Ой-ой, – хихикнула кикимора – домашний дух, маленькая, вредная и лишь временами полезная. Подхватив в руки валяющийся на полу кусок засохшего ломтя хлеба, она стала испытывать моё терпение. – Помочь – это мы завсегда…

Демонстративно раскрошив кусок на несколько небольших метательных снарядов, она первым делом кинула хлебом в банника со словами:

– Ты чего это у ведра расположился? Замышляешь пакость, да?

– Эй! – возмутился тот.

К счастью, кикимора промахнулась. Но это пока… Ведь следом за первым был готов отправиться новый кусок хлеба, к тому же осыпаясь крошками на пути к цели.