А день спустя раздается звонок. Артём, всхлипывая, умоляет спасти его рыжую сестрёнку, которая оказалась в большой беде.

Алиса

– Какая красавица, – констатирует Платон, мягко целуя меня в щёку. – Вырвался к тебе, как только смог.

Он осматривает накрытый к ужину стол и одобрительно кивает. Сам, как всегда, безупречен – строгий элегантный костюм, галстук, дорогущие часы на запястье и интеллигентная, усталая улыбка. В этом мужчине идеально всё. Ну как за такого не проголосовать?

– Привет, – мой голос звучит чуть громче, чем нужно.

Откровенный мужской взгляд скользит по глубокому вырезу платья. Платон всматривается в моё лицо, замечает макияж, наверное. Удовлетворённо щурится. Фух. Тревога начинает постепенно отпускать.

– Ризотто с белыми грибами, – торопливо сообщаю, словно отчитываясь. – Мы однажды заказывали в ресторане, тебе понравилось.

– Всё, что бы ты ни приготовила, мне понравится, – заверяет Платон, снимая пиджак и ослабляя галстук. – Дай мне пару минут переодеться?

– Конечно.

Я таю от этих слов, словно шарик мороженого в летний зной.

Платон скрывается в гардеробной, а я летаю по кухне, как ужаленная. Лихорадочно проверяю, не остыло ли блюдо. Нет, все идеально. Кремовое, ароматное. Накладываю в две глубокие тарелки, украшаю веточкой розмарина, как сказано в рецепте. Несу в столовую.

Платон выходит через несколько минут. В джинсах и сером пуловере он кажется ближе, доступнее. Его домашняя версия мне очень–очень нравится.

Садимся за стол. Он пробует первым. Я смотрю, затаив дыхание.

– Вкусно, – в его голосе звучит искреннее одобрение. – Очень. Мне приятно, что ты старалась, Алиса.

Теплая волна радости накатывает на меня, смывая остававшиеся сомнения. Я улыбаюсь, впервые за вечер расслабившись. Мы несколько минут едим, обмениваясь дежурными репликами.

– Сессия как? – спрашивает Платон, откладывая вилку. – Не слишком много на тебя свалилось за последний месяц?

– Все сдам вовремя. Тебе не придется краснеть за жену-двоечницу, – отвечаю с улыбкой.

– Я в тебе не сомневаюсь, – он улыбается тоже, и это редкое, почти интимное выражение на его лице заставляет мое сердце биться чаще.