А закон этот ввели всего лишь лет сто назад, когда магии в мире стало слишком мало. И дабы сохранить наследие и силу магов, императором было принято такое решение.

– Ты не можешь так поступить! – воскликнула девушка с белыми волосами и вскочила с места.

Её распирало от ярости. Но вместо ответа призрак лишь ухмыльнулся и исчез.

В зале снова загорелся свет.

– На этом ритуал завершён, господа. После оглашения последней воли душа вашего покойного родственника отправилась в мир иной, и связи с ней более не будет, – сообщил нам сотрудник агентства. – Александру Николаевичу больше нечего вам сказать. Согласно его воле, доступ ко всей информации, связанной со смертью барона, будет у каждого из вас, – он кивнул на лежащие на столе в углу папки.

Ровно семь штук. Один победитель и один убийца… Если верить словам покойного отца. Но разве мёртвые не могут ошибаться?

Могло случиться и так, что в смерти барона замешан кто-то со стороны. А чтобы в этом разобраться, мне нужно больше данных для анализа.

Пока родственники переговаривались и спорили, я первым подошёл к столу и взял папку. Мне никогда не доводилось расследовать преступления, но искать неочевидные связи и делать выводы – моя профессия. И, как и все присутствующие, я не собирался упускать свой шанс.

– Тебе здесь не место, – раздалось за моей спиной, стоило открыть папку.

– Что, простите? – обернулся я к молодому человеку, очень похожему на меня.

Только глаза его были голубые, и сам он был чуть выше. С ума сойти, а ведь он мой единокровный брат! Странно это осознавать.

– Меня зовут Константин Зорин, и я старший сын Александра Николаевича. А ты – бастард, которому тут не место.

Все присутствующие посмотрели на меня, а сотрудник агентства поспешил выйти из комнаты. Несомненно, он в сговоре с этой семейкой. Иначе я бы получил извещение о чтении завещания гораздо раньше.

С юридической стороны агентство ничего не нарушило и предупредило меня. А то, что оно это сделало за два часа до мероприятия – уже мои проблемы.

Однако я успел, и сейчас шестеро родственников смотрели на меня, как голодные волки на зайца. Только в сказках заяц всегда оказывается хитрее волка.