Читать книгу Ты моя, Пушинка! онлайн | страница 24
Логично, даже не комментирую, но напрягаюсь. Сразу неестественно выпрямляю спину, на что Максим улыбается еще шире.
– Ульяна Прокопенко.
Волосы дыбом встают от упоминания фамилии мамы. Пытаюсь сохранить невозмутимое выражение лица, а внутри распадаюсь на атомы. Рассыпаюсь пазлом, из которого теряется одно важное звено. Больше пяти лет я не использовала старую фамилию, так откуда она снова вылезла?!
– Да не напрягайся так, – подмигивает, но мне все еще не по себе, – ты меня разве не помнишь? Мы учились в одном универе.
Что? В смысле? Давлюсь слюной и закашливаюсь, а Максим мигом берет со стола бутылку с водой и оказывается рядом. Услужливо бьет по спине одной рукой, а второй протягивает мне воду. Вот теперь присаживается рядом и буквально врывается в мое личное пространство.
Хватаю у него воду и жадно пью. Долго, выпиваю практически сразу всю поллитровую бутылку. Но легче не становится, сушит так, будто я вчера перебрала с алкоголем.
Голова пухнет, ведь мысли в ней скачут растерянными тараканами на резко включенный свет. Учились вместе? То есть, в одном унивете? Явно не на общем потоке. Да быть такого не может…
– Разве? – бурчу и пристально рассматриваю Астахова, но я его реально не помню.
Он достаточно красив: с чуть пухлыми губами и волевым подбородком. Глаза, цвета молочного шоколада, завораживают и, если в них долго смотреть – очаровывают теплотой. Нет в них хитринок или дурной похоти, как во взгляде Даниила. В этих же можно с легкость потонуть, как зефиркам маршмеллоу в горячем шоколаде.
Внешность не смазливая, как у Дана. Но, точно знаю, за ним, как и за Чернышовом, бегали девчонки в универе. И все равно не припоминаю Максима, хоть убей. Так странно. Видимо, в тот период времени я видела перед собой только одного парня – Даниила.
Но, что более необычно – Максим помнит меня. То есть… пухлую невзрачную девочку Улю Прокопенко. Как такое возможно?
А вместе с той пухляшкой, наверняка, помнит и момент ее унижения Даном. Напрягаюсь из-за неловкого молчания, понятия не имею, что будет дальше. Горло будто душит удавкой, поэтому молчу, жду, что скажет Астахов. Какой вердикт мне выставит. Зачем позвал, поглумиться?